Басни Сложность и особенности басни
Значение имени Мария и анти - Мария
Частушки Легкая стихотворная формула

Подмена религии политикой

06-04-2019

Миф не является функцией, он состоит из постоянно повторяющихся фактов, и эти факты можно наблюдать снова и снова. Миф осуществляется в человеке и все люди имеют мифическую судьбу не меньше греческих героев. Под углом зрения юнговских психологии вполне возможно, что какой-то архетип полностью подчинит себе человека и определять его судьбу даже в деталях. При этом могут возникнуть объективные, т.е. непсихических, параллельные явления, которые также представляют этот архетип. Тогда он получает свое бытие как психически, в индивидууме, так и вне его - объективно.

Именно поэтому скепсис Марка Павлишина, вызванный словами поэта "Здравствуй, страстная моя путь" кажется мне торопливо реакцией. По моему мнению, поэт узнал архетип, который не только кардинально изменил его судьбу, но и был этой судьбой вполне, индивидуальным воплощением универсального; узнав, Стус называет его по имени. Поздние сомнения относительно названия "Палимпсест" и выбор для них совсем другого названия "Страсти по отечеству" ("Может, я ошибся, назвав Колымскую сборник иначе. Ее надо было назвать именно так "(к жене, ноябрь-декабрь 1984)) является хорошим подтверждением того, что Стус окончательно убедился в том, какой природы были его судьба и миф, запущенный в историю вопреки его" нелюбви к христианству "пробужденным архетипом.

Впрочем, можно предложить взгляд, менее откровенно "обоживает" эту полную взрывчатых противоречий фигуру. В происшествии стала книга Мартина Бубера, где рядом с "Я и Ты» печатается его "Проблема человека". Просматривая снова проникновенную, хотя местами пристрастны критику учений Хайдеггера и Шелера, я остановился на его мысли, что Шелерова концепция могла бы понадобиться каким-либо аскетам волевого решения. "Но аскетический тип вовсе не является, как считал Шелер, преобладающим типом духовного человека, и лучшие доказательства дает сфера искусства", - пишет Бубер, называя далее Рембрандта, Шекспира и Моцарта как гениев, которые не имеют потребности быть аскетами. Однако в случае со Стусом раз и говорится о совершенно особый проявление духовной жизни, а не о его распространенную форму. Я вспомнил, что Стус, восхищаясь "Реквиемом", добавил: "Хотя вообще не слишком люблю сладкую музыку многих других произведений Моцарта", и понял, что читать Шелера все-таки придется.

И не пожалел. Учитывая существенную важность для жизненной осанки Стуса принципа кшталтування, я очень кратко остановлюсь на работе Макса Шелера "Формы знания и кшталтування" (1925).

Итак, хотя человек не осознает того, что при ее посредничестве прабуття начинает познавать, понимать и спасать себя, осуществление Бога в человеке не позволяет ей оставаться бытием в покое: человек может быть только возможным направлением этого процесса и одновременно вечным задачей. В этом плане человек не существует как стала вещь, а есть лишь вечно возможной гуманизации и процессом очеловечивания, который часто сопровождается регрессией до озверения. Эти явления регресса каждого мгновения жизни борются с процессом гуманизации как в отдельной личности, так и в целых нациях. Быть человеком очень тяжело. Очень редко случается, чтобы человек, как существо принадлежащая к биологическому виду, была также человеком в смысле идеи humanitas.


Смотрите также:
 Мистические ритуалы вокруг мавзолея
 Творческое наследие Василия Стуса для эссеистики
 Беседы с Учителем Сердца
 Полнота Света в эссеистике
 Владимир и анти-Владимир